Юстас Палецкис
Жизнь
Путешествия

Путешествие в детство и юность

Эта книга принадлежит перу литовского поэта и публициста Юстаса Палецкиса — видного общественного и государственного деятеля, Героя Социалистического Труда. Сын кузнеца, в юности печатник и плотник, затем учитель и журналист в буржуазной Литве, Палецкис приходит в ряды революционных борцов за дело народа. В течение почти 30 лет он являлся председателем Президиума Верховного Совета Литовской СССР и заместителем Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Самые волнующие события этой большой жизни, встречи с руководителями партии и правительства, деятелями литературы и искусства, впечатления от поездок более чем в 50 стран всех континентов ярко показаны автором на широком историческом фоне.

ШЛА ДИВИЗИЯ ВПЕРЕД.

Лейтенант Каволюнас — певец, бога­тырь, герой.— Полки не отступили ни на шаг.— Новый грандиозный Грюнвальд.— «За нашу и вашу сво­боду».— 120 километров с боями до села Литва.— Гремят салюты.— «Чтоб не было на свете ни войн, ни крови, ни цепей...» — Республикан­ские гимны и флаги,.— На партизан­ской базе.— Приближается заветный день возвращения.— Гибель сына.— Партизанская борьба.

Начало июля 1943 года было ознаменовано ожесточенными боями на Курской дуге. Сообщения об уничтожении 500 танков и 200 самолетов вра­га свидетельствовали о громадном масштабе начатого гит­леровцами наступления. С большим нетерпением мы ждали сводок Совинформбюро. В них говорилось о продолжающих­ся яростных атаках гитлеровцев, мелькали названия тан­ков: «леопарды», «фердинанды»... Наши войска мужествен­но выдерживали бешеный натиск врага.

Богатырь...— говорю я про запевалу командиру ди­визии,— ему бы петь этаким глубоким басом, а тут тенор, да  еще какой лирический...

Это Владас Каволюнас,— пояснил генерал Карвялис.— Он у нас прославленный певец. Хотел ведь еще в ста­рые времена в консерваторию поступить, да нечем было за­платить.

Я побеседовал с Каволюнасом и пожелал ему после войны поступить в консерваторию, стать оперным пев­цом. И действительно, это пожелание впоследствии исполни­лось.

Целую неделю продолжались атаки гитлеровцев, но бе­зуспешно. Известия, поступившие непосредственно из нашей дивизии, свидетельствовали, что фашистам на ее участке не удалось продвинуться ни на шаг. Под ураганным огнем ар­тиллерии и танков, под бомбами фашистских самолетов, иногда буквально застилавших небо, полки Литовской диви­зии отбивали  все  атаки гитлеровцев.

Наконец наступил перелом. Понеся огромные потери, фа­шисты были вынуждены  остановиться.

«Солдаты! — говорила она.— Сегодня вы получаете зна­мя, на котором написано: «За нашу и вашу свободу». Под этим лозунгом в битве под Грюнвальдом сражались ваши предки. Под зтим лозунгом пойдете в бой сподльш врагом

я вы.

Вы получили от Красной Армии могучее оружие. Так исполните же свой святой долг, чтобы ваше знамя реяло над освобожденной Польшей. Бейтесь с гитлеровцами так, чтобы вами гордился каждый поляк, и не забывайте — мы не оди­ноки в смертельной борьбе польского народа с врагом сла­вянства, с врагом всего передового человечества. С нами Красная Армия, попрежнему гордо идущая в авангарде борьбы с германским фашизмом.

Верю, что дивизия, которая носит славное имя Тадеуша Костюшко, с честью выполнит свой долг перед родиной, Зову к новому, последнему для гитлеровской Германии, Грюнвадъду!»

Затем выступил командир дивизии полковник 3. Берлинг. Громко и внятно прозвучали слова торжественной при­сяги, которую принимали перенесшие много суровых испы­таний польские воины, обещая честно и отважно, не жалея жизни, бороться за освобождение порабощенной родины.

После официальных торжеств мы осмотрели лагерь ди­визии, посетили палатки. С многими солдатами и офицера­ми я говорил на их родном языке. Вечером состоялся митинг сконцертом. Людас Гира прочел написанное им на польском языке стихотворение «Польскому солдату», которое произ­вело большое впечатление.

К третьей годовщине Советской Литвы мы подходили с радостными результатами большого наступления на фронте, _в успех которого свою долю внесла и Литовская дивизия. С боями она прошла около 120 километров.

Последним из освобожденных в ходе наступления пунк­тов было село, которое называлось Литва. Это звучало сим­волично. Но сама Литва еще была далеко... Освобождение села Литва стало темой для очерков, а молодой солдат и поэт Эдуардас Межелайтис написал об этой как бы досроч­ной встрече с Родиной стихотворение. Символическое значе­ние слова «Литва» в наступлении Литовской дивизии отме­чал в своем очерке и Илья Эренбург.